Акварель Лангера помогла восстановить зал Царскосельского лицея

Кажется, что о Пушкине все написано и все сказано. Но оказывается, и сегодня можно открыть новое имя в близком круге великого поэта!

С радостью делюсь с вами письмом, которое я получил от нашего постоянного автора Светланы Васильевны Павловой — крупнейшего исследователя истории Царскосельского лицея.

«Дорогие читатели «Календаря поэзии»!

200 лет назад, в 1820 году, в свет вышел альбом «Двенадцать видов Царского Села». Подзаголовок гласил: «Снимал и на камне рисовал воспитанник Императорского Лицея Валериан Лангер».

Художественное совершенство литографий было поразительно. Никто не верил, что автору столь зрелых произведений всего 18 лет!

Валериан Лангер был воспитанником второго курса Императорского Царскосельского лицея. Он поступил туда в 1815-м и, таким образом, обучался в его стенах два года рядом с Пушкиным.

Лангер — круглый сирота, не имел ни родителей, ни близких родственников, ни материальных средств. Родной дом ему заменил дом директора лицея. Именно в нем он ощутил радость семейного очага, настоящую отцовскую заботу о нем, проявляемую Энгельгардтом.

Покидая учебное заведение, Валериан сделал запись в альбом директора: «Егор Антонович! За благодеяния нельзя заплатить ничем на свете; но долг и чувства велят нам помнить и благодарить Благодетелей, Бог награждает их за нас. Не забудьте Старика… 1820, 23 июля».

Старик — школьное прозвище Лангера.

Для Энгельгардта Валериан выполнил акварель, изображающую лицейский зал. Именно этот зал стал свидетелем первой поэтической славы юного Пушкина. Акварель Лангера помогла восстановить лицейский зал, когда в 1960-х годах создавался Музей-лицей.

За год до выпуска, летом 1819 года, Валериан взялся запечатлеть свои самые любимые места Царского Села. Позднее Лангер писал: «Счастливейшие годы жизни моей провел я в Царском Селе, где образовал я сердце и разум свой. Быстро протекли сии годы, приближалось время разлуки с милым сердцу моему Царским Селом. Я желал сохранить изображения некоторых мест, где наслаждался я жизнью с товарищами и друзьями юности моей. Многие из них также желали иметь таковой памятник, и я покусился снять несколько видов Царского Села и литографировал их…»

После лицея Пушкин и Лангер встречались у Дельвига и в петербургских литературных кругах. А.П. Керн вспоминает: «В эту зиму (речь идет о зиме 1828 г.) Пушкин часто бывал по вечерам у Дельвига, где собирались два раза в неделю лицейские товарищи его: Лангер, князь Эристов, Яковлев, Комовский и Илличевский».

Лангер сотрудничал в «Литературной газете», издаваемой Пушкиным и Дельвигом, помещая в ней небольшие заметки о художниках, выставках.

Из всех лицейских товарищей наиболее близок Валериану Лангеру был именно Дельвиг. По собственному рисунку художник создает литографированный портрет поэта. Портрет был приложен к издаваемому Дельвигом альманаху «Царское Село» на 1830 год. Такой же портрет висел в кабинете Пушкина в его последней квартире на Мойке, 12, в Петербурге.

После смерти Дельвига Пушкин издал в пользу его родных «Северные цветы» на 1832 год. Автором рисунка на фронтисписе этого альманаха был Лангер. На рисунке — лавровый венок и лира с разорванными струнами. В 1835 году в письме Плетневу Пушкин пишет о замысле нового издания, планируя привлечь к работе в нем Лангера.

Валериан Лангер был среди выпускников Лицея, принявших участие в сборе средств на воспитание бедных детей в сиротском заведении при Реформатской церкви на Васильевском острове. Валериан оформил книгу «Лицейский сиротский капитал». Его вторую страницу украсил рисунок художника.

Этот же рисунок с видом лицея встречается на почтовой бумаге конца 1830-х годов с литографированными в виде виньеток видами Царского Села. На бумаге с этим рисунком написаны письма Энгельгардта к Пущину, Вольховскому, Матюшкину…»

Из Царскосельской антологии

В то же лето 1819 года, когда лицеист Валериан Лангер создавал свои виды Царского Села, Александр Пушкин в тоске о своем лицейском отечестве писал:

Воспоминание, рисуй передо мной

Волшебные места, где я живу душой…

Веди, веди меня под липовые сени,

Всегда любезные моей свободной лени,

На берег озера, на тихий скат холмов!..

Да вновь увижу я ковры густых лугов,

И дряхлый пук дерев, и светлую долину,

И злачных берегов знакомую картину,

И в тихом озере, средь блещущих зыбей,

Станицу гордую спокойных лебедей.

Пишите Дмитрию Шеварову: dmitri.shevarov@yandex.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *