Как новый канал рядом с Босфором изменит политический расклад в Черном море

Как новый канал рядом с Босфором изменит политический расклад в Черном море
Вид на территорию, где должен будет пройти канал «Стамбул» (январь 2020 г.)

В 2011 г. президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган представил свой «безумный проект» — канал «Стамбул». Он должен пройти параллельно проливу Босфор и соединить Черное и Мраморное моря. 7 апреля этого года Эрдоган заявил, что подготовка к тендеру на строительство канала завершена и он состоится летом 2021 г. Сообщается, что проектом интересуются инвесторы из Китая. Однако отношение к этому многомиллиардному проекту неоднозначное. Помимо экономических и экологических факторов важное значение приобретает политический: по мнению некоторых, канал «Стамбул» может негативно повлиять на конвенцию Монтрё (значимость этого фактора подчеркивает недавнее заявление 104 отставных турецких адмиралов в ее защиту). 

Почему снова обсуждается конвенция Монтрё 

Конвенция Монтрё была принята в 1936 г. странами (за исключением Италии), подписавшими Лозанский мирный договор 1923 г., который определял режим Черноморских проливов. Наряду с этим договором она считается одной из основ суверенитета Турецкой Республики. Конвенция также сыграла свою роль в решении Турции принять после Второй мировой войны сторону Запада и вступить в НАТО — после того как министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов в июне 1945 г. потребовал пересмотреть конвенцию Монтрё и предъявил Турции территориальные претензии. 

После объявления Эрдогана о канале «Стамбул» в 2011 г. в Турции начались новые дебаты, в том числе по конвенции. Со временем они угасли в ходе драматических политических событий в стране, разворачивавшихся с 2013 г. Но в 2019 г. правящая Партия справедливости и развития (ПСР) снова подняла эту тему во время муниципальных выборов. Однако она проиграла борьбу за пост мэра Стамбула, затем началась пандемия ковида, и разговоры снова утихли. 

Но когда 20 марта 2021 г. Турция указом президента вышла из Стамбульской конвенции (Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием), в стране снова вспыхнули споры о полномочиях президента и роли парламента. В ходе дискуссии колумнист газеты Haberturk Мухаррем Сарикая спросил спикера парламента, может ли Турция таким образом выйти и из других международных договоров, включая доктрину Монтрё. Спикер Мустафа Чентоп ответил, что технически это возможно, но в реальности невероятно. В те дни правительство воспользовалось инцидентом в Суэцком канале, который заблокировал севший на мель контейнеровоз, чтобы вернуть проект канала «Стамбул» в повестку. Дополнительный импульс политическим дебатам придали события на границе России с Украиной и решение США послать в Черное море военные корабли.

В чем смысл конвенции Монтрё 

Когда Турция подписала Лозанский договор, Черноморские проливы были демилитаризованы, а управлять проходом судов по ним стала международная комиссия. В результате политических перемен в мире в 1930-е гг. Турция заявила, что режим необходимо изменить, а безопасность проливов обеспечивать ее собственными вооруженными силами. Страны, включая Советский Союз, согласились и подписали конвенцию Монтрё. По договору, гражданские суда получили право свободного прохода, а для военных были установлены определенные ограничения — например, по тоннажу и срокам пребывания в Черном море для кораблей нечерноморских стран. Проход в него авианосцев не разрешен, а подводные лодки черноморских стран должны проходить через проливы днем, поодиночке и в надводном положении. При этом как черноморские, так и нечерноморские страны должны уведомлять о проходе турецкие власти — за 8 и 15 дней соответственно. 

Эти правила дают Анкаре определенные преимущества, одновременно обеспечивая стабильность и предсказуемость ситуации в Черном море. Так, во время войны с Грузией в 2008 г. Турция запретила проход кораблей ВМС США из-за превышения ограничений по тоннажу. Однако планы по строительству канала «Стамбул» порождают вопросы относительно сохранения статуса Черноморских проливов. Например, в 2019 г. бывший посол Митхат Ренде сказал в интервью: после появления нового канала некоторые могут заявить, что обстоятельства изменились и конвенцию Монтрё необходимо пересмотреть. 

Нужно подчеркнуть, что она регулирует проход судов в комплексе. В документе слово «проливы» относится к Дарданеллам, Босфору и Мраморному морю. Более того, она регулирует проход в Черное море с учетом тоннажа и срока пребывания. Поэтому эксперты настаивают, что появление нового канала не изменит статус конвенции Монтрё. В интервью «России 24» эту точку зрения высказал российский посол в Анкаре Алексей Ерхов. 

Как эта тема обсуждается в Турции

Президент Эрдоган заявляет, что Турция будет обладать полным суверенитетом над новым каналом. 5 апреля он сказал: «Мы сейчас не пытаемся и не имеем намерения выйти из конвенции Монтрё», — но добавил, что его администрация не побоится в будущем пересмотреть любые соглашения, чтобы улучшить их условия для Турции. 

Бывший член парламента и посол в отставке Шюкрю Элекда сказал в интервью, что любое изменение конвенции потенциально может привести регулирование в соответствие с Конвенцией ООН по морскому праву, что приведет к отмене нынешних ограничений и разрешит транзитный проход военных судов через проливы. Это, по его мнению, подорвет безопасность Турции. Целесообразным решением для Турции будет сохранение статус-кво после строительства канала, считает Элекда. 

Канал «Стамбул» — еще один многомиллиардный проект, инициированный властями в регионе Мраморного моря. За последние два десятилетия правительство реализовало множество проектов с госгарантиями, включая Стамбульский аэропорт стоимостью 30 млрд евро. Оно рассчитывает построить рядом с каналом новый город с населением более 1 млн человек. Весь этот проект сравнивают с пакетом мер по развитию инфраструктуры на $2,3 трлн, который должен стимулировать экономику США. Он станет новой зоной для инвестиций турецкого строительного сектора, который был локомотивом экономики с 2000-х гг. и поддерживался правительствами ПСР. Более того, нынешнее правительство ожидает, что ежегодный доход от прохода судов по новому каналу составит $2–8 млрд. Через Босфор может проходить максимум 25 000 судов в год, поэтому канал «Стамбул» позволит сохранить исторический полуостров, заявляет Эрдоган. Министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу напоминает об инцидентах в Босфоре и указывает, что по техническим или иным причинам через него не могут проходить некоторые торговые суда, например, танкеры со сжиженным газом. Зато они смогут идти через «Стамбул». 

Контраргументы оппозиции заключаются в том, что конвенция Монтрё разрешает свободный проход торговых судов и у Турции нет права принуждать к использованию альтернативного маршрута. Более того, годовой доход государства от прохода судов через проливы составляет около $150 млн, и с учетом операционных расходов и возможного снижения трафика проект, на который может быть потрачено $10–20 млрд., будет нерентабельным.

В таком случае, утверждает оппозиция, проект станет бременем для турецких налогоплательщиков, а не источником дохода для бюджета. 

Заключение 

В долгосрочной перспективе черноморский регион может стать более конкурентоспособной экономической зоной. В этом случае альтернативный маршрут может оказаться преимуществом, и некоторые компании предпочтут платить, чтобы быстрее достичь точки назначения. То есть с экономической точки зрения проблема заключается в правильном расчете уровня безубыточности и оценке возможного бремени для налогоплательщиков. Однако разработка такого проекта не ограничивается строительством перехода, а возможная плата, которая может быть связана с прохождением по каналу, делает проект более привлекательным для инвесторов. 

В политическом отношении сохранение статус-кво отвечает интересам как Турции, так и других черноморских стран. С этим согласились президенты Владимир Путин и Эрдоган во время последнего телефонного разговора 9 апреля. Более того, конвенция Монтрё является для Турции практической правовой основой, позволяющей и избежать столкновений между великими державами, и обеспечить безопасность и суверенитет проливов. 

Однако идущие в Турции дебаты свидетельствуют о том, что правительство захватило инициативу во внутренней политике и порой делает двусмысленные заявления, чтобы сохранять политическую напряженность вокруг этой темы. Что касается долгосрочных перспектив, то заявления представителей власти на самом высоком уровне свидетельствуют: даже после строительства канала «Стамбул» режим конвенции Монтрё сохранится, пока не будет сформулировано что-то получше. 

Перевел Михаил Оверченко

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *